Мечты сбываются. У нас теперь работает
КАТАЛОГ ШЕДЕВРОВ ЗАПАДНО-ЕВРОПЕЙСКОЙ ЖИВОПИСИ, ГРАФИКИ И СКУЛЬПТУРЫ XIV-XVIIвв.,
где представлены 100 авторов.
Каталог является приложением к книге В.М.Клеваева «Лекции по истории искусства»
и содержит ссылки на все лекции, опубликованные в нашем журнале.






Нидерланды |Иероним Босх |1450-1516| «Извлечение камня глупости» |1475-1480| дерево масло| Музей Прадо |Мадрид


Одна из самых ранних работ художника, дошедшая до нас, именуется «Извлечение камня глупости», где мы снова возвращаемся к мотиву глупости. Она еще не слишком совершенна в живописном отношении. Не вполне правильный анатомически, несколько суховатый рисунок; довольно монохромный, рыжеватый колорит; бедно разработанный ландшафт в глубине. Но смысловая сторона выражена и разработана очень подробно, и мысли художника переданы в высшей степени четко.
Прежде всего давайте обратим внимание на сам формат тондо. У Босха, а потом и у Брейгеля (видимо, не без влияния Босха), мы не раз будем встречать этот формат. Мы отмечали гармонию итальянских тондо от Филиппо Липпи и Боттичелли до Рафаэля. Но если у итальянских художников круглый формат – это символ идеала, поскольку круг на плоскости, а шар в пространстве, согласно учению Платона, есть самая идеальная фигура, - то в Северном Возрождении, у Босха в том числе, и в первую очередь, круг имеет другой смысл – это знак всеобщности, всемирности. Когда нидерландский художник заключает какую-то композицию в круг, мы сразу должны принять к сведению, что этим он подчеркивает, что перед нами не единичный случай, а аллегория всего рода человеческого. В «Извлечении камня глупости» посреди унылого, однообразного пейзажа разместилась, непонятно как оказавшаяся здесь, компания из четырех человек. Рядом со столиком в кресле сидит седовласый простак, над которым производят какое-то действо. В Средние века и некоторое время позже, существовало поверье о том, что глупость и другие умственные отклонения связаны с тем, что в человеческой голове есть какие-то лишние камни, наросты. И если их удалить, то человек сразу же поумнеет. Действительно, были шарлатаны, которые занимались такими операциями, – сами или с ассистентами, они бродили от города к городу и обманывали простодушных. Шарлатанство по Босху - неотъемлемый, обязательный спутник человеческой глупости. Образы шарлатанов у него встречаются весьма часто, особенно в раннем творчестве.
Итак, шарлатан в длинной хламиде делает простаку, которого, судя по надписи, зовут Любберт, - довольно распространенное и поэтому обезличенное имя в Нидерландах, - надрез на коже головы, и из этой маленькой ранки вырастает тюльпан, который часто символизирует обман. Почему, не известно, но в старых сонниках зафиксировано такое значение этого цветка. Смысл операции сводился к тому, чтобы, сделав такой надрез, поколдовать над ним и, спрятав в руку какой-то твердый кусок, потом показать его пациенту. На голове у шарлатана изображена перевернутая воронка – знак хитрости, обмана - предмет, изспользуемый не по назначению. У Босха мы часто будем видеть такого рода символы – вещь, которая находится не на своем месте или используется не так, как ей положено, как знак некой противоестественности. На голове монахини-бегинки, которая присутствует здесь как спутница шарлатана, лежит книга – еще один знак лжемудрости. Знание помещено не внутри, а снаружи.
Нужно сказать, что иногда трудно свыкнуться с образным и символическим мышлением той эпохи, ведь во времена Босха и Брейгеля даже очки часто воспринимались и культурно осмыслялись не как знак несовершенства зрения, а как символ несовершенства человеческой натуры, как знак лжи и обмана, не естественное, а искусственное зрение. Человеку не хватает проницательности, и поэтому он пользуется «костылями» для глаз.
Тут же изображен монах, который произносит какую-то зажигательную речь, держа в руках кувшин с вином. У Босха часто встречаются фигуры монахов в негативных, иногда очень острых, полупристойных ситуациях, и не только монахов, но и духовенства. Это нисколько не свидетельствует об антирелигиозности мастера, наоборот, - это сатира, бичующая дурных пастырей, плохих монахов, плохих священников. Никто никогда не отрицал, что среди служителей церкви есть и такие. Босх и Брейгель вслед за ним, не щадят в этом случае иерархов, начиная от папы и кончая епископами и клиром – настоятелями, священниками, последними служками и причетниками в храме.
Если присмотреться, то в пейзаже, среди коричневато-рыжих равнин, появляется изображение виселицы как знака неизбежной расплаты, может быть, не на этом свете, но в каком-то отдаленном будущем. Виселица, колесо как инструмент пытки и казни, на фонах у Босха встречаются очень часто, потом эти мотивы будут присутствовать и у Брейгеля.

В.М.Клеваев. Лекции по истории искусства.Киев,"Факт",2007.